СтраницаВойстроченко

Войстроченко Анатолий Фомич Брянск

Вся его жизнь связана с Брянщиной. Здесь он родился, здесь и трудится. Учился в средней школе. Работал в сельхозартели им. Щорса. Была комсомольская работа — первый секретарь Унечского райкома комсомола, первый секретарь обкома ВЛКСМ. Избирался делегатом XV и XVI съездов, членом ЦК комсомола. Умело сочетал работу с заочной учебой в вузе, получив специальность инженера-электрика. С 1973 года на партийной работе — первый секретарь Клетнянского райкома, Брянского горкома, затем второй и с января 1984-го по сентябрь 1991 года — первый секретарь обкома КПСС. Избирался депутатом Верховного Совета РСФСР, СССР. Под его руководством в области немало сделано по дальнейшему развитию промышленности, сельского хозяйства, социальной сферы. На его долю выпала тяжелая чернобыльская трагедия, свалившаяся на Брянщи-ну. Он делал все возможное, чтобы ослабить удар для населения. Последние годы до ухода на пенсию А.Ф. Войстроченко работал на руководящих постах «Брянсксвязьинформа» — филиала ОАО «ЦентрТелеком».
Награжден орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета» и десятью медалями.
Звание почетного гражданина Брянской области присвоено в октябре 2004 года.
 

Семья:1-й ряд (справа налево) - жена Тамара Алексеевна, дочь Галя, Анатолий Фомич;

2-й ряд (слева направо)  - сын Виктор, дочь Валентина

Слева направо: Буров Г.П., Мисько В.Н., Войстроченко А.Ф.

У отчего дома. Слева направо: В.А.Гетман, Пенюков, Войстроченко, Грибачев, Синий

Слева направо: Курасов А.Е., Зеболов Н.Н., Войстроченко А.Ф., Кравченко Л.П., Погодин М.К., Лодкин Ю.Е.

Знаменитый для области человек Анатолий Фомич Войстроченко (1937-2010) сделал свою жизнь в советскую эпоху. Секретарь обкома ВЛКСМ, первый секретарь Брянского обкома КПСС (1984-1991 годы).

Ностальгия по хорошему

Многие говорят: это — ностальгия по прошлому, а я говорю — ностальгия по хорошему. При советском строе много было разного, но человеческая память все-таки хочет помнить хорошее. Мы — дети войны. Отец ушел на фронт с первых дней, мы с матерью остались дома, в деревне Нежданово Унечского района. В августе 1941-го немцы пришли, вся деревня ушла в лес, и мы — тоже. Запрягли корову Красулю в телегу и побрели, корова — это жизнь. Так до самого освобождения и жили в лесу. Очень тяжело было, но самые яркие детские воспоминания — это не мучения и нужда, а радость — выход из леса в 1943-м году. Мне было тогда семь лет, и я все помню. Это было такое счастье!

После освобождения сразу открылась в деревне школа. Учебников не было, приносили свои книги, у кого какая была. После уроков мы много работали: техника-то была плохая, на полях чуть не половина урожая оставалась неубранной. Мы ходили — матерчатые сумки через плечо — колоски собирали. Собирали металлолом, тряпки, макулатуру, сдавали людям на подводах — была такая специальная служба, нам за это — кому перышко для ручки дадут, кому карандаш — радости было!

Комсомол — великая сила

Моя трудовая жизнь началась с работы простым колхозником, потом, как образование получил,(я инженер-электрик), поставили заведующим сельским клубом, потом — секретарем комсомольской организации колхоза имени Щорса. Тогда комсомольские организации были большие, молодежи много, интересно жили. У нас конкурсы были — кто на ферму пойдет помогать. Энергии было столько, что пруд в колхозе мы сами вырыли простыми лопатами. Как молодежная личность я был хорошо известен, и в ноябре 1957 года меня избрали первым секретарем унечского райкома комсомола. С тех пор я с комсомолом стал прочно связан. Интересные дела делали.

К 50-летию комсомола запустили агитпоезд «Брянский комсомолец». А сколько было комсомольских строек! Начали первую очередь совхоза «Культура», я стал куратором стройки. Подобного нашей «Культуре» в соседних областях не было, комбинат круглый год давал овощи. Были и другие комсомольские стройки. Да практически на всех заводах работали комсомольские отряды.

Интереснейшие годы

Комсомол меня воспитывал, партия вела за ручку, а потом сказала: надо попробовать свои силы. И в 1973 году направили меня в Клетнюю первым секретарем райкома партии. Страшновато было, конечно — очень ответственная должность, но это были интереснейшие годы. Сожалеть можно только о том, что не было возможностей сделать больше. Но все равно удавалось многое. Например, построили дорогу до Клетни. Тогда добраться до Брянска было проблемой, а по Клетне проехать вообще невозможно: летом — песок, весной и осенью — грязь.

Начали строить с центра Клетни. Дегтем пахло очень сильно, но разве это имеет значение, когда речь идет о дороге? Дотянули ее до рославльской трассы — это была победа, появилась возможность пустить автобус до Брянска. Тогда вообще очень много строили: больницы, Дома Культуры, школы — было много созидательного труда, а это всегда приносит радость, хоть зарплаты были нищенские, а люди, в основном, надеялись на свои огороды и заготовки.

Непросто было работать в Клетне: уж очень земли бедные. Потом, когда я стал формировать президиумы областных пленумов, я всегда говорил: пусть в президиумы и руководители северных районов области допускаются. А то прежде там сидели лишь первые секретари самых успешных районов, которые по объемам сельхозпродукции были в лидерах: Новозыбков, Клинцы и т.д. Кто же виноват, что природные условия в других районах подкачали? Люди-то работают не меньше, а это такая честь — попасть в президиум.

Тогда люди росли до своих должностей постепенно. Формировали резерв, всегда человек рос под наблюдением вышестоящих товарищей. Если председатель колхоза уходил в отпуск, ему на смену ставили кого-то из резерва, чтобы посмотреть, как справляться будет. Большинство председателей работали почти без сна, день и ночь! На них было все: больницы, механизация, электрификация, дороги, школы — все. Это очень тяжкий труд. Конечно, были и нечистые на руку, но редко. Потому что с такими кадрами расправлялась сама партия. Вмешивались даже в личную жизнь: муж запил, жена куда идет? К секретарю! Тот проводил беседу, говорил, чтобы порядок в доме навел. И помогало. Боялись , что прогонят из председателей.

Чернобыль — нож в спину

Все было настроено, все шло нормально, и вдруг — Чернобыль. Нож в спину. Тогда перевернулась жизнь. Мы направляли туда первые отряды специалистов, ликвидаторов, технику, удобрения — все гнали туда, оголяя свои районы. Направляли продукцию — дополнительных фондов выделено не было, мы просто перераспределяли то, что было у нас. Потом уже, многовремени спустя, все говорили: это к вам нужно было направлять помощь, но вначале мы варились в собственном соку.

Только что вышла моя книга — «Как это было». О Чернобыле, о наших людях, которые жизней своих не жалели. Тогда патриотизм проявился в полной силе: нужно было защитить людей, обуздать это горе. Это была всеобщая боль. Спасибо Эдуарду Николаевичу Василишину, члену Совета Федерации, за то, что помог в издании книги — люди должны помнить о своем прошлом.

Я не стал бороться за должности

На мой взгляд, горбачевская перестройка была ошибкой: мы по области вышли на гарантированный урожай по сельскому хозяйству, по строительству дорог, по развитию центральных усадеб, а тут началась свистопляска. Потом вообще настал декабрь 1991 года, когда три президента подписали документ о роспуске СССР — уму не постижимо. Нарушилась вся система, все растащили по национальным квартирам, народ обнищал.

Затеяли переименования колхозов и совхозов, как будто от этого что-то изменится! Вывески поломали, все разрушили — так и стоит все ломаное, никому не нужное. И я не стал бороться за посты. Усилия всех партий и всех политиков сводятся к тому, чтобы доказать что все остальные — хуже, а не к тому, чтобы в области всем людям жилось лучше. Я люблю людей, я за них переживаю. А вот эти нападки, критика без конструктивных предложений и конкретных дел — голословная трескотня. Возня, которую устроили вокруг выборных должностей — я этого не переношу! Но отказ от борьбы за должность, это не отказ от переживаний за дело.

Я интересуюсь жизнью области, принимаю активное участие во всех мероприятиях. Прошел перерегистрацию: я — член КПРФ, хожу на собрания, в меру сил выполняю поручения. Сердце обливается кровью, когда еду в район и вижу незасеянные поля, заброшенные хозяйства. Не спорю, нужно отказываться от того, что было плохо. А все хорошее нужно беречь, как зеницу ока, а мы, как в 17-м году — все сносить. Наша беда в том, что сейчас никто ничего не контролирует, считается, что за частными делами государственный контроль не нужен.
Предприятия стали теперь частными, руководство ничего не интересует, кроме прибыли, но у тебя же работают люди! Что ж ты о людях не заботишься? Вот отдали все ведомственные детские сады в муниципальную собственность — это же неправильно! Раньше предприятия друг перед другом хвастались, кто лучше детский садик обустроит, кто больше своей подшефной школе поможет. А в бюджете откуда столько денег взять?

Чувство гордости

И комсомольская, и партийная работа, выборы народным депутатом Верховного Совета СССР — эти события вселяли в меня чувство гордости: простой мужик, а достиг таких должностей и высот!. Мешков денег тогда ни у кого не было, но были возможности. У всех. Сейчас же редко кто своими усилиями чего-то добивается: диплом можно купить, права можно купить. Хотя мне не нравится, когда ругают молодежь.

Всегда были и хулиганы, и пьяницы, просто молодежь нужно воспитывать. Первая книга, которую я написал, была о военно-патриотическом воспитании: у нас опыт героической Брянщины, партизанского движения. Я потому и пишу книги, чтобы память осталась. И верю, что Россия будет великой, что самосознание людей повысится.
Наталья БОЧАРОВА
Записано в 2008 году

 

Как это было. Чернобыль и Брянщина. (А.Ф. Войстроченко)