Страница8 век

VIII век до н. э ОБРАЗОВАНИЕ ДРЕВНЕРУССКОГО ГОРОДА (В. П. ЛЕВЕНОК, кандидат исторических наук)

ГОРОДА восточных славян возникали как укрепленные поселения. Слово «город» оз­начало огороженное место. Их появление связано с пе­реходом от первобытно-общинного к раннефеодальному строю, минуя рабовладельческую формацию. В резуль­тате отделения ремесла от земледелия и углубления об­щественного разделения труда, в соответствии со сменой общественно-экономических формаций, город постепен­но менял свой облик.

Города, как правило, возникали на горе, где строи­лись крепости. По соседству, была река или другой во­доисточник, хорошие угодья: пахотные земли, леса, лу­га, пути сообщений — водные или сухопутные.

Подесенье было богато древнейшими родоплеменными городками. Городища раннеславянских племен в бассейне Десны называют в археологической литературе юхновскими. Датой основания юхновских городищ счи­тают VI—V века до н. э. Но на Трубчевском городище «Городок» в основании юхновских слоев лежит горизонт пережиточного каменного века, с наличием диоритовых орудий, что позволяет дату основания этого поселения углубить до VIII—VII веков до н. э., а городище «Горо­док» считать древнейшим раннеславянским (юхновским) поселением в бассейне Десны. Здесь накопился культурный слой более четырех метров мощности. Во II—III веках н. э. на смежной с «Городком» горе «Гре­бень» славянеанты закладывают второе поселение, ко­торое существовало до VIII века нашей эры. Трубчевские городища «Городок» и «Гребень» — древнейшие и интереснейшие славяно-русские поселения Подесенья.

Таким образом, к моменту основания древнерусского раннефеодального города Трубеча славяно-русское по­селение на его территории уже существовало 1700 лет.

В VI—VIII вв. н. э. жители городища «Гребень» пере­селяются на Ковалеву горку, Соборную гору и террито­рию нынешнего городского парка. В VII—VIII вв. н. э. селище на Ковалевой горке уже занимает площадь в 2000 кв. м. Культурный слой здесь изобилует деснинско-роменскими материалами этого времени. На втором селище на территории горпарка открыты керамика VII—IX веков, остатки жилищ, мельницы — сруб, зер­но, жернов, амфоры киевского типа, топор. В 20-е годы здесь была найдена кубышка с серебряными монетами X века (коллекция Г. М. Поршнякова).

Третье селище VI—VIII вв. н. э. на Соборной горе в X веке уже вошло в черту городской крепости. Здесь также обнаружены жилища раннего времени. Эти сели­ща свидетельствуют о древнейшем расселении жителей городища «Гребень», закончившегося в VIII—IX вв. Но настоящее заселение территории будущей крепости на­чалось здесь в IX—X веках.

Несколько слов о происхождении и развитии имени города Трубчевска. В междуречье Днепра и Десны име­на многих поселений имеют форму «отчества» во множе­ственном числе: «Елисеевичи», «Климовичи», «Филиппо­вичи», «Яковлевичи» и т. д. Другую группу составляют имена в форме отчества, исходящего не от человеческого имени, а от неодушевленного предмета: Боровичи, Зверовичи, Мхиничи, Носовичи, Ореховичи, Рыловичи, Светиловичи.

Некоторые древнейшие родовые городки также име­ли наименования в форме отчества, но в единственном числе мужского рода, исходящие от неодушевленного предмета. На их основе возникли имена древнейших русских городов: Бахмач, Галич, Любеч, Овруч и дру­гие. Некоторые из них находились в Чернигово-Северской Руси и давно исчезли или превратились в села и деревни и пустые городища.

Древнейшее наименование Трубчевска — «Трубеч», что означало «город-на-трубе». Имя этого города сло­жилось задолго до появления на Руси труб — военных, музыкальных, печных и технических. Словом «труба» древние славяне называли речной проток или рукав ре­ки. Форма «отчества» в имени города говорит о его древности и об отношении к трубе-протоку. О том, что в древнейшее время под горой Трубеча протекала не глав­ная река, а ее рукав — «...речка Малая Десенка глуби­ною в поларшина, шириною в сажень...», — сообщает и автор одного из древнейших словарей А. Щекатов (XVIII век). Главное же русло Десны, по его мнению, проходи­ло далее от города: «Река Десна против города в са­мое жаркое летнее время глубиной бывает в полтора аршина, шириною от 30 до 40 сажен»Изучение струк­туры и рельефа поймы Десны у Трубчевска показало, что главное русло реки в древности проходило по конту­ру нынешнего староречья «Мертвица». Со временем ос­новное русло под Жучином занесло песком, а главный ток воды пошел под горой, размыв «трубу» до размеров полного русла.

Став центром раннефеодального княжества, город в первые четыре столетия (X—XIII вв.) сохраняет свое древнее родовое имя «Трубеч». Но с вокняжения в XIV веке новой династии Гедиминовичей имя города полу­чает новую форму «Трубецк» (литовская транскрипция слова Трубеч). Следует отметить, что с утверждением феодализма на Руси имена многих городов получают «суффикс феодальной собственности» — «СК» или < ЦК» — Курск, Липецк, Мценск, Рыльск, Севск и др. Князья свое «родовое имя» (фамилию) получали по го­роду, где княжили, но город никогда не называли по киязю. От Трубецка пошла фамилия князей Трубецких.

Литовское название города «Трубецк» существует со второй половины XIV века и еще упоминается в 1494 го­ду. Но уже в 1499 году появляется новая форма имени города — «Трубческ», которая сохраняется до 1644 года и исчезает с изгнанием поляков. «Трубчевском» город был назван впервые русскими людьми из московской рати воеводы И. Ф. Еропкина, освободившими Трубчевск от поляков. Таким образом, имя нашего города на его длительном историческом пути изменялось четыре раза: Трубеч — Трубецк —Трубческ — Трубчевск.

Территория нынешнего парка в течение ряда веков была центром города, его «городовой крепостью», вотчи­ной и резиденцией трубчевских удельных князей, их наместников и посадников, а также местом военных уч­реждений и соборных храмов. Об этом свидетельствуют поныне встречающиеся здесь при земляных работах ос­татки построек, различные предметы.

Княжеская власть являлась органом феодального принуждения, поэтому появление князя и его дружины и постройка крепости обычно по времени совпадали. Сам факт возведения крепости на месте родоплеменного городка, как это было в Трубече, может свидетельство­вать о возникновении феодального города.

На юго-западной окраине Соборной горы прослеже­ны культурные слои X—XIII веков, на их стыке с древ­нейшим земляным валом, окружавшим крепость и сры­тым в конце XVIII века. Основание вала уходит под толщу культурного слоя, который здесь делится на три горизон­та. В первом горизонте, под слоем земли «литовского» времени, найдена керамика и другие остатки XII—XIII веков. Второй горизонт—XI века. Оба эти горизонта бы­ли прислонены к валу, что указывает на их более позднее происхождение. Третий горизонт содержал материалы X века. Нижней половиной своей толщи он уходил под ос­нование вала, верхняя же его половина перекрывала под­ножие вала. Следовательно, вал трубчевской крепости насыпан был в середине X века. Эту дату удалось уточ­нить в 1950 году в связи с исследованием города Сар- кел—Белая Вежа, в культурном слое которого были найдены такие же археологические остатки, как и в Трубчевске.

Хазарский город Саркел-на-Дону был взят киевским князем Святославом Игоревичем в 965 году, после осво­бождения им вятичей от хазарского данничества. Доро­га «ис Киева в Вятиче» шла через Трубеч — Княжую Луку и далее — к Карачеву. В этом походе Святослав использовал Трубеч как свою тыловую базу, для чего ему пришлось насыпать здесь первый земляной н,чл. Свою рать Святослав пополнял в Трубече.

В это время Саркел, захваченный Святославом, превра­тился из хазарского в русский степной форпост и стал называться по-русски «Белая Вежа». Святослав поселил здесь русских. С этого момента в Белой Веже поверх хазарского слоя и пожарной прослойки начал расти рус­ский культурный слой, аналогичный слою Трубечской крепости. Это дало научно-юридическое право датой закладки крепости Трубеча считать 965 год (поход Святослава), а окончанием —975 год, с учетом завершения стройки крепости и княжеского города в это десятилетие.

Археологические данные об основании крепости Тру­беча можно было бы дополнить материалами топоними­ки и некоторыми пролегоменами из области историче­ской персоналии.

Не считая раннего периода (975—1135), когда Трубечом владели через своих посадников киевские князья,, с 1136 г. по 1229 г. в Трубече княжат представители пер­вой трубечской династии «Ольговичей». Первым князем этой династии был князь Черниговский и Трубечский Святослав Ольгович, владевший в разные годы Новго- род-Северским, Черниговом, Белгородом, а к концу своего княжения—Трубечско-Курским княжением. Его преемником на «трубечском столе» стал его сын Всево­лод Святославич Буй-Тур «князь Трубечский» — герой «Слова о полку Игореве» (1155—1196). Затем в Трубече княжил его старший сын — Михаил Всеволодович, кото­рый в 1223 г. в первом столкновении русских с татарами на Калке вел в бой полк «трубчан» (ПСРЛ, т. XXV, стр. 119), а его второй сын, Георгий, княжил в Курске. Во имя их «ангелов-хранителей» в Трубече заложены храмы: «Архистратига Михаила, что за валом» и «Св. Георгия-на-Верескунье».

Ко второй Трубечской княжеской династии, по по­следним данным, относятся князья — Владимир-Дмит­рий (1192—1227) и Святослав-Гавриил (1196—1252) — сыновья Всеволода Большое Гнездо из рода Мономашичей.

Объединение Чернигово-Северских земель, разорен­ных татарами, началось с 1356 г. князем Ольгердом Гедиминовичем. Первым трубечским князем третьей (литов­ской) династии «Гедиминовичей» был внук Гедимина — князь Дмитрий Ольгердович Старший, княживший в

Трубчевске с 1368 г. по 1388 год. В 1379 г. он передает Трубчевск с уделом Московскому государству.

Сын Дмитрия Ольгердовича Старшего — Михаил Дмитриевич с 1413 года начал подписываться «Михаил Трубец». С этого года считается начало рода князей Трубецких (третьей династии) Гедиминовичей.

Две первые династии «трубечских Рюриковичей» — Ольговичи домонгольского периода и Мономашичи мон­гольского периода оставили о себе мало сведений. Боль­ше известно о князьях Трубецких «Гедиминовичах». В те­чение XIV—XVII веков этот род выдвигается в число виднейших русских аристократических фамилий. Многие из Трубецких становятся крупными русскими государст­венными деятелями, придворными, воеводами, 'видней­шими военачальниками, дипломатами, а некоторые — людьми науки и искусства.

Научное изучение древностей Трубчевска началось в 1875 году первым посещением и осмотром городища «Городок» профессором Московского университета ар­хеологом Д. Я. Самоквасовым, открывшим в это время городища «юхновской культуры» на Десне. Мысль о не­обходимости изучения древностей Трубчевска он передал тогда Г. М. Поршнякову, ставшему впоследствии соби­рателем коллекций земского музея, а в 1919 году осно­вателем Трубчевского краеведческого музея.

По заданию Д. Я- Самоквасова Г. М. Поршняков на­чал поиски и регистрацию следов древних селищ и мо­гильников, скрытых в земле под позднейшей городско-" застройкой. Эти работы велись Г. М. Поршняковым в те­чение ряда десятилетий. Поступающие сведения заноси­лись им й особые «трубчевские тетради».

К методике Самоквасова—Поршнякова автор добавил свой метод обследования участков пахоты в зоне город­ской застройки, где были обнаружены в ряде мест из­мельченные человеческие кости, с их характерной гисто­логической текстурой. Эти наблюдения позволили уста­новить места курганных могильников, исчезнувших под городской застройкой.

По данным «социальной топографии», древний Труб­чевск имел следующие градообразующие компоненты: крепость с детинцем, посад, четыре курганных могиль­ника X—XIII веков, находящихся частично под поздней­шей застройкой города, и городские слободы: Стрелец­кую, Пушкарскую, Затинщицкую, Торговую и ремес­ленную Княжую Джучину.

Центром Трубеча была «городовая крепость» («ост­рог»), В крепости находились местные феодалы — светские и духовные, их наместники и посадники, слу­ги и охрана. Здесь были казенные службы, соборы, кня­жеские жилища и подсобные службы.

Второй важнейшей частью города был посад -— по­лукольцо городской застройки, лежавшее к северо-запа­ду от «городовой крепости». Возникновение посада вос­ходит, повидимому, к домонгольскому времени. «Тру­бецкой» посад, очевидно, был восстановлен князьями Трубецкими на старом пепелище в конце XIV — начале XV века. Центральная, свободная от застройки часть по­сада служила городским торгом и главной демократиче­ском трибуной народных выступлений. С запада и севе­ро-запада посад был защищен земляным валом, увен­чанным дубовой, рубленой «клетски» стеной, заполнен­ной для прочности землей. Вал начинался над Курским спуском на Шимовой горе и, обогнув посад, заканчивал­ся у «Егорьевского проезда». Здесь в посаде находился «мясной ряд», состоявший в XVIII веке из девяти «мясных полок», именовавшихся позднее «резницами». Вал посада имел трое ворот—Курские, Киевские и Смо­ленские, за которыми начинались три дальние и несколь­ко местных дорог, расходящихся радиально в разные стороны от Трубчевска.

На территории посада, как и в крепости, находились казенные учреждения, а также торговый ряд из 28 лавок, «соляной анбар», две стойки и семь питейных домов. Эти цифры касаются, по-видимому, не только посада, но и всего города.

В посаде жили «посадские люди» — торгово-про­мышленное и военное население города. В XlV—XV ве­ках они поддерживали ранних Трубецких в их борьбе с татарскими чиновниками. К посадским людям относи­лись помещики, дворяне, духовенсто, подьячие и низ­шие военные чины «по прибору». Дворяне «полковой со­тенной службы» являлись верхушкой городского населе­ния.

Далее коснемся городских слобод, лежащих за ва­лом посада. Но поскольку под их застройкой скрыты более ранние курганные могильники города X—XIII веков, то о слободах и могильниках скажем совместно. На территории Трубеча было четыре курганных могильни­ка. Покровский и Жучинский могильники относятся к X—XI вв., они находятся ближе к крепости и значитель­но меньше по размерам, чем могильники в Стрелецкой и Торговой слободах, которые относятся к более позднему времени — XII—XIII вв.

Покровский курганный могильник лежит на усадьба Покровской церкви. Курганные насыпи срыты. Можно полагать, что в X веке на могильнике стояла языческая кумирня, в связи с упразднением которой на ее месте был сооружен деревянный храм «во имя Покрова пр. бо­городицы», что могло произойти в XI—XII вв. В середи­не XIII века этот храм был сожжен татарами, а с вокня- жением Гедиминовичей восстановлен. В 1787 г. деревян­ный храм был заменен каменным. Насыпи курганов бы­ли срыты, а погребения остались в земле. С постройкой церкви могильник оказался под церковной усадьбой.

Второй курганный могильник находится в «Джучи- ной княжой градской слободе», на стрелке высокой тер­расы правого коренного берега деснинской долины, на выходе в нее «Егорьева рва», при пересечении улиц Профинтерна и Садовой. Место здесь открытое, высокое, незастроенное.

В третьем, более обширном могильнике, что находит­ся в Стрелецкой слободе, курганные насыпи не сохрани­лись, но исследования нескольких десятков погребений позволили установить границы могильника по линии улиц Свердлова, Советской, Луначарского, генерала Петрова и Красноармейской. Курганный инвентарь со­стоял здесь в основном из обычных для XII—XIII вв. наборов сердоликовых, пастовых и стеклянных бус, брон­зовых височных подвесок. На месте могильника впослед­ствии выросла Стрелецкая слобода, со временем унич­тожившая под своей застройкой курганные погребения. Стрелецкая слобода возникла, по-видимому, в XII—XIII веках и тогда ограничивалась площадью «Полковой гор­ки». В ней жили стрельцы, а позднее — солдаты и «де­ти солдатские».

«Княжая Джучина слобода» составляла изолирован­ную рвами часть города. Здесь находился один из древ­нейших курганных могильников X—XI вв. и селище того же времени. Археологически установлено, что в XIII ве­ке здесь (ныне ул. Фокина, усадьбы Миловских и Туга- риновых) обосновались татарские баскаки. А после их ухода, в XIV веке, князьями Трубецкими в этом микро­районе была образована ремесленная «Княжая Джучина слобода».

Пушкарская, или Затинщицкая трубчевская город­ская слобода возникла не ранее XVI—XVII веков. Насе­лялась она пушкарями, в том числе отставными и «деть­ми пушкарскими», «которые живут в домах» или «сл\ жат в полках и в гарнизону ж 29 дворов...» И там же: «грацких затинщиков 4 двора». Это были служивые лю­ди «по прибору», обслуживавшие «затинную» (находя­щуюся «за тыном») крепостную артиллерию.

На современной планировке города эта слобода ог­раничивалась бы отрезками улиц — Брянской, Урицко­го и Фрунзе, к северо-западу от центра города. Пушкари п затинщики, кроме военной службы, занимались куз­нечным делом, торговлей, сельским хозяйством. В Пере­писной книге 1710 г. в Трубчевске значится «пушкарей, в том числе отставных и пушкарских детей — 69 дво­ров...»

Четвертый курганный могильник сформировался в городском урочище «Верескунье», по северному борту верховий Шакина рва. В противоположном, юго-запад­ном направлении этот же могильник распространяется до «церкви Архистратига Михаила, что за валом», рынка «Шохва» и здания «гостиного двора». При постройке этих зданий везде из земли извлекались человеческие кости, а также бусы, трапециевидные подвески, кольца, браслеты, перстни, бляшки и т. д. Все эти сведения бы­ли собраны Г. М. Поршняковым и другими трубчанами прошлого столетия

Трубчевские посадские люди во главе с земскими старостами составляли городскую общину. Состав ее был неоднородным. Выше говорилось о трубчевских дво­рянах — высшем имущем классе городского и уездного населения. В 1602 и 1677 гг. упоминается «трубчевский житель», «городовой воротник» Григорий Васильев сын Бирюков. Несколько позднее выдвигается род Тимоновых. Две улицы и площадь в Трубчевске конца XVII—на­чала XVIII века именовались «Тимоновскими».

Трубчевские «городовые приказчики» ведали делами служивых дворян, строительством и ремонтом городских крепостных сооружений, боеприпасами, сбором податей, отбыванием натуральных повинностей и пр. В военное время они выполняли функции городского военного ко­менданта (подготовка города к обороне и пр.).

К ним примыкали «подьячие» — особая группа слу­живого неподатного населения, низший чин приказной администрации, выполнявшие под руководством дьяков основную делопроизводственную работу в учреждениях.

Жители города платили денежные оброки в казну с лавок, торговых мест, кузниц, мельниц, резниц, бань, рыб­ных ловель, бобровых гонов, сенокосов, пасек, земельных угодий и пр. Одиннадцать семей в посаде не имели сво­их домов, жили «в чужих домах», позднее значились «бездворными». К концу XVIII века насчитывалось «трубческих посадских людей — тяглых и скудных 158 дворов...»

Коротко о Трубчевске XVIII—XIX веков. В это вре­мя в «городовой крепости» было «два казенных дома»— в одном находились уездный суд и казначейство, а в дру­гом жил городничий. Кроме того, в крепостном валу бы­ла вырыта кладовая «для хранения збираемой денежной казны и Острог, при коем солдатская караульня»

В 1706 году, готовясь к войне со Швецией, Петр I проверил Северские города. Он нашел: «... пушек... в Трубчевску медных 12, железных 17, фольконетов 5, 73 мушкета... сыскано старого ружья 720 мушкетов, да 85 карабинов с замками, 157 шпаг, 205 бердышей... К тому вышеписанному во Брянеску и Трубчевску пушка­рей, воротников, горододельцев стрелецких и солдатских детей... полк собрать, а к ним можно сыскать и офице­ров, которые могут быть в гарнизоне...»

В 1708 году Трубчевск приписан к Киевской губер­нии. В 1719 году Трубчевск находился в Севской про­винции Киевской губернии; в 1732 г. показан в Белго­родской губернии. В 1721 году учреждено трубчевское

Духовное Правление. В 1722 г. в Трубчевске установле­на цеховая организация. В 1728 г. основана воеводская канцелярия. В 1750 г. в Трубчевске пущен первый «мо- лотовый паровой завод». В 1778 г. Трубчевск назначен уездным городом Орловского наместничества, переиме­нованного в 1796 г. в губернию.

В 1781 г. утвержден герб Трубчевска. В этом же году город посетил академик Василий Зуев, после чего он писал: «Трубчевск... город бывшей Севской провинции, стоит на правом берегу реки Десны, на высоком и пре­красном месте, окруженном сзади лесом, а спереди по другую сторону реки пространным лугом, кончающимся вдали также лесом... Строение его по горе продолжает­ся в длину на полторы, а в ширину более полуверсты. Дома по большей части деревянные, числом более пяти сот дворов, каменных купеческих три, лавок деревянных 19, соляной анбар и две стойки, питейных домов семь. Церквей восемь, в том числе два собора, один деревян­ный, другой каменный. Жителей, кои... хлебопашцы, или торгующие хлебом и пенькою, числом около полуторы тысящи душ... он имел укрепление, состоящее из земля­ного замка и высокого вала, видимых и по сие вре­мя...»

В 1784—1792 гг. построено двухэтажное каменное здание Троицкого собора на основании храма-усыпаль­ницы князей Трубецких (1503—1520).

Развитие промышленности в Трубчевске и уезде от­мечается с середины XVII века. В XVIII веке здесь уже имеются две фабрики виницейской яри, бумажная и па­русиновая фабрики, две кожевенных; стеклянный, вос­кобойный, 8 винокуренных заводов, салотопня, 16 куз­ниц.

По сведениям 1873 г., в Трубчевске насчитывалось 25 пенькотрепальных заводов, 17 пенькопрядильных и бумажная фабрики, стекольный, два кожевенных, лесо­пильный, 10 кирпичных, свечной, два винокуренных, три маслобойных механических заводов, 6 крупорушек, четы­ре гончарных мастерских

Большим событием в жизни города была коренная ломка старого плана радиально-кольцевой застройки и замена его «регулярной» сеткой квадратных «кварта­лов», осуществленная в 1788—1792 гг. Первой построй­кой по новому плану был «гостиный двор» (1791 —1792), здание которого уцелело до наших дней. В это время .были срыты остатки земляных валов крепости и поса­да. Вторым каменным зданием, выстроенным в 1793 г. до новому плану, было народное училище.

В это время из общей массы трубчан выделяются отдельные торгово-финансовые дельцы, берущие верх над массой мелких и средних торговцев и ремесленни­ков. Они объединяются в особую корпорацию — «гости­ную сотню». С образованием «цехов» и «гильдий» в 20—30 годы XVIII века купцы и ремесленники были разделены на три категории — «лучших», «средних» и «молодших». Манифестом 1775 г. купеческое сословие было разделено на три гильдии. К первой гильдии при­числялись купцы, имеющие капитал от 10 тысяч рублей и более; ко второй—от 1000 до 10000 рублей и к третьей— от 500 рублей до одной тысячи рублей. Остальные граж­дане были отнесены к «мещанам», которым запрещалось торговать. Купцы назвали их презрительным словом «разгильдяи»

В науке о древнерусских городах видное место зани­мает проблема связи городов древней Руси и системы древних дорог. В условиях военных вторжений извне и княжеских междоусобиц, при отсутствии современных средств связи и транспорта, проблема дорог была осо­бенно острой. Знатоки и строители дорог пользовались особым уважением. Автор «Слова о полку Игореве» приводит высказывание трубечского князя Всеволода, отмечавшего с гордостью, что «мои ти куряне — сведо- ми кмети, пути им ведоми, яруги им знаеми...» Дорож­ное дело в древней Руси было очень важным. На это указывает наличие городов строителей дорог — «дорого- будьцев» («будьцов дорог») — Дорогобужа Волынско­го и Дорогобужа Смоленского, а в Северской земле — Путивля — «города путей» и села «Путивска» близ Новгорода-Северского.

Трубеч сухопутными дорогами и водными путями был связан со многими городами древней Руси. По Дес­не, вниз от Трубеча, путь шел к поселениям: Сагутьев, Рогов-на-Десне, Новгород-Северский, Короп, Оболонь, Сосница, Хоробор, Блиставит, Березый, Чернигов, Моровийск, Городец Остерский и Киев. По Судости — в Гремяч, Радогощ, Синин Мост, Посудичи, Баклань, Рогов-на-Судости, Вольжин Городец, Ормино.

Вверх по Десне Трубеч был связан с городами: Орельск, Вручий, Добрыничи-Брянские, Свинск, Деб- рянск, Овстуг, Вщиж и областью Радимичей, а через реки Навлго, Penny, Снежеть и Болву — с областью Вя­тичем. Поднимаясь к истокам Десны, трубечане достига­ли Рославля, а через Устромский волок — Смоленска и Дорогобужа.

Но еще большее значение имели сухопутные дороги, связывавшие Трубеч во всех направлениях со многими городами и селами. Так, из посада, через Курские воро­та, по Курскому спуску, на юг от Трубеча шла одна из древнейших дорог за Десну—на Росьставицу, Старый Погост (Старая Погоща), Добрыничи, Княгинино, Севск, Болваново, Полянское и Курск.

Эта дорога до конца XVII века называлась Трубечско-Курской, а позднее — Старым Погостским шляхом или Севским большаком. До наших дней сохранилась нижняя треть Курского спуска, на склоне Шимовой го­ры. Сюда же сходил второй «Полковой» или «Мосто­вой» спуск. Улица Мостовая являлась конным спуском из Стрелецкой слободы города и в том числе — с «Пол­ковой горы». В урочище «Мыльничиха» оба спуска со­единялись в одну Курскую дорогу.

Вторая древнейшая Старая Киевская дорога шла из городского посада, через Киевские ворота, городскую Стрелецкую слободу, Княжий телятник (д. Телец). Эта дорога связывала через Трубеч Киев с областью Вяти­чей. На ней лежали Северские города X—XII вв.: Го­родец Остерский, Моровийск, Чернигов, Березый, Хоро­бор, Сосница, Обловь, Новгород-Северский, Рогов-на- Десне, Гремяч и Трубеч.

Начинаясь у Смоленских ворот посада, к северо-западу от Трубеча лежала третья крупнейшая Старая Смоленская дорога — на Семыч (Семячки), Семынь (Семцы), Сетолов, Вольжин Городец, Воробиин, Овстуг, Вщиж, Голубею, Рославль, Стодолище, Брод-на-Рси Сожской и Смоленск.

На северо-восток от Трубеча шла четвертая древней­шая дорога — на Городец, Радутин, Дольск. У Княжой Луки дорога разделялась на два направления. Левое — правым берегом Десны, через Орельск, Вручий — на город Дебрянск. Правое — за Десну — на Крапивну, Борщево, Соколово, Ружное, Карачев, Волхов, Мече- неск — в землю Вятичей.

Между четырьмя перечисленными главными дорогами в каждом секторе лежало по нескольку дорог местного междугородного значения. Воспроизведение на' карте дорог и путей, идущих во все стороны от Трубеча, дает эффектную звездообразную фигуру, сходную с метеоро­логической «розой ветров». Нашу лучистую звезду име­нуют «розой дорог и путей» древнего Трубеча. Если бы даже сам город исчез с лица земли, то и тогда трубечская «роза дорог и путей» точно указала бы местона­хождение, чего не имеет ни одно из поселений в широ­кой округе вокруг Трубчевска, в том числе и Кветунь. Развитая «роза дорог» свидетельствует об устойчивых, междугородных связях Трубеча с дальними и ближними городами и областями земли русской, чего не могло иметь ни одно сельское поселение. Такие «розы дорог» складывались только у древнейших городов. Это являет­ся еще одним доказательством того, что Трубчевск воз­ник там, где он стоит и поныне.

Город-труженик. История трудового Трубчевска начинается с появления на его территории первого осед­лого человеческого поселения. Это — юхновское поселе­ние «Городок» на территории горпарка. Его датировка— VIII век до н. э. — III век н. э. Юхновские племена за несколько столетий до н. э. изобрели и создали жилища с плетневыми или тонкобревенчатыми стенами, обмазан­ными с обеих сторон глиной, с глиняным полом и камы­шовой крышей. Из нескольких жилищ составлялся го­родок, который укрепляли земляным валом и деревян­ным частоколом от диких зверей и врагов. Раскопки на городище «Городок» и других показали, что стены жи­лищ были выкрашены белой глиной и разрисованы ох- 28 рой. Такой тип жилища дожил на Украине до XIX века, выдержав испытание временем в течение 2700 лет.

Славяне-юхновцы еще задолго до нашей эры зало­жили основы главнейших промыслов древних славян- охоты, рыболовства, собирательства. Они приручили и одомашнили существующие доныне виды домашних жи­вотных и вплотную подошли к основам земледелия.

Они открыли способ «сыродутной» выплавки из мест­ной болотной руды «кричного железа», из которого при помощи простейшей кузнечной техники изготовляли охотничьи, рыболовные, скотоводческие, земледельче­ские, строительные и бытовые орудия и оружие: топоры, тёсла, пешни, ножи., серпы, шилья, булавки, рыболовные крючки, остроги, наконечники стрел и др.

Культурно-производственные традиции и навыки юх- новцы передали своим потомкам — славянам — деснин- ским антам и от них — древним русам Подесенья 1-го тысячелетия н. э., которые, в свою очередь, обогатили культуру производства своими новыми дополнениями, навыками, техническими приемами и усовершенствова­ниями.

Народные умельцы древнего Трубеча подняли на еще более высокую ступень производственные навыки и традиции, полученные ими от предков. Они внесли свой вклад в сокровищницу русского народного искусства и техники Северного Подесенья, о чем свидетельствуют остатки архитектурного декора двух каменных храмов XI—XII веков, открытых в раскопках на Соборной горе Трубчевска.

Город-воин. Древние славяно-русы Подесенья уме­ли не только трудиться, но и отстаивать с оружием в ру­ках плоды своих трудов, давать отпор врагам, откуда бы они ни появились. Славяне первого тысячелетия на­шей эры свое племенное имя «анты», то есть «антеи», получили от соседей-византийцев. Византийцы сравни­вали их с мифическим героем древности — Антеем, ко­торый был непобедим своей связью с матерью-землей.

Византийские писатели VI—VII веков н. э. писали о свободолюбии антов-славян, об их душевном благород­стве, о демократических порядках, о взаимовыручке. По внешнему облику они были рослыми, крупными, сильны­ми, красивыми. Недаром само слово «рослый» имеет ко­рень «рос» — «росьский», российский, русский.

С первых веков существования Руси, русского госу­дарства, и до наших дней «трубечские полки», «трубчане» стояли на переднем крае борьбы против врагов рус­ского народа. В 965 году трубчане участвуют в построй­ке первой крепости города Трубеча и в походе князя Свя­тослава Игоревича Киевского против хазар, а в 981— 983 гг.—в походах князя Владимира Святославича Киев­ского против вятичей, радимичей и ятвагов, противи­вшихся образованию древнего Русского государства.

В 1036 г. «деснинцы» участвуют в войсках Ярослава Мудрого в решительном и окончательном разгроме пе­ченегов у Ситомли под Киевом.

В 1185 г. трубечский полк, под водительством Всево­лода Святославича Буй-Тура «князя Трубечского» от­правился в свой бессмертный поход в поле половецкое, увековеченный в «Слове о полку Игореве». 31 мая 1223 года трубечский полк («трубчане») под водитель­ством старшего сына Всеволода Буй-Тура—«младшего князя» Михаила Всеволодовича Трубечского бьется на­смерть в первом столкновении с татарами на реке Калке.

С возвышением Москвы в XIV веке бывшие русские области, временно занятые Литвою, присоединяются к Московскому государству. В 1379 г. Дмитрий Ольгердович Старший передает Трубецк великому князю Мос­ковскому Дмитрию Ивановичу и сам переходит к нему на службу.

8 сентября 1380 года в битве объединенных русских войск против татарских орд Мамая на Куликовом поле участвуют трубчевский и брянский полки во главе с тем же князем Дмитрием Ольгердовичем Старшим.

Собирание русских земель, начатое великими князья­ми Московскими еще в XV веке, продолжалось и в нача­ле XVI века. В 1500 г. Трубчевск переходит под власть Москвы. После битвы на р. Ведроши в 1503 г., где верх одержали русские войска, ряд Северских уделов при­знал главенство великого князя Московского Ивана III. В этом же году литовский князь Александр, а в 1509 г.— Сигизмунд передают Северские города ив их числе Трубчевск Московскому государству.

В начале XVII века Трубчевск служил опорным пунктом московским войскам в их борьбе против Лжедмитрия I и польских панов. В эти же годы в борьбе за освобождение Москвы от поляков выдвигается князь

Д. Т. Трубецкой, а в середине XVII столетия — А. Н. Трубецкой. Опираясь на Трубчевск, А. Н. Трубецкой воз­главил московское войско, освобождавшее Украину от поляков.

В эпоху Петра I трубчане участвуют в войне России против шведов. Эта эпоха открывает ряд прогрессив­ных преобразований, расширяет границы государства, укрепляет и упорядочивает внутренний строй Русского дворянского государства, превращая его в Российскую империю.

В Отечественной войне 1812 г. Трубчевск и уезд по­слали в действующую армию военные отряды. В городе действовала специальная база по заготовке провианта.

Таков славный «послужной список» древнерусского города Трубеча — Трубчевска.